Жигулёв: после «Сельты» любая команда РФПЛ воспринимается спокойно

Полузащитник «Краснодара» Илья Жигулёв – об академии «Краснодара», аренде в Молдавии, матче против «Спартака» и дебюте в Лиге Европы.

Жигулёв: после «Сельты» любая команда РФПЛ воспринимается спокойно

Ещё в конце 2016 года полузащитник «Краснодара» Илья Жигулёв на правах аренды выступал за молдавский «Милсами», а уже в начале 2017-го вернулся в Краснодар и стал первым воспитанником клубной академии, подписавшим взрослый контракт. 28 февраля Жигулёв дебютировал за «быков» в 1/8 финала Кубка России с «Уралом». Меньше чем через неделю вышел на замену в матче против «Спартака», а ещё через четыре дня – в стартовом составе на игру против «Сельты» в Лиге Европы.

В интервью Илья рассказал, как чуть не оказался в Нальчике, о первом впечатлении от Молдавии, дебютных матчах за «Краснодар» и планах на ближайшее будущее.

– Вы стали первым воспитанником академии «Краснодара», подписавшим взрослый контракт с клубом. Это произошло 13 февраля, а 1 февраля у вас был день рождения. Признайтесь честно, когда задували свечки в торте, именно это загадывали?

– На самом деле нет (смеётся). Я думал, что уеду в Молдавию на вторую часть сезона, как и должен был изначально, но решение клуба стало для меня неожиданностью.

– Какая реакция была, когда «Краснодар» предложил подписать взрослый контракт?

– Только самые положительные эмоции. Всё случилось очень внезапно для меня, очень обрадовался.

– Каково это – быть первым?

– Понимаю, что это большая ответственность. Я должен проявлять себя по максимуму и продолжать так же усердно работать, чтобы люди не разочаровались во мне. Но и не забивать себе голову мыслями о том, что я стал первым, чтобы не быть в панике и напряжении.

– Как так получилось, что вы оказались в академии «Краснодара», а не, например, в «Кубани»?

– Я жил в 30 километрах от Краснодара, в станице Северская. Сначала занимался год в СДЮШОР №5. Тогда «Краснодар» только был основан, и мне предложили съездить на просмотр. Я поехал, прошёл два просмотра, и после них меня взяли. Это было лето 2008 года, первый набор. В сентябре пошёл в школу и с тех пор нахожусь в клубе.

– Как всё устроено в академии «Краснодара»?

– Туда берут ребят начиная с 6-го класса. То есть сначала ты заезжаешь в саму академию, живёшь и учишься в школе со своими сверстниками. Потом, когда заканчиваешь 11-й класс и выпускаешься, переезжаешь с базы на квартиру. Все они расположены рядом с академией, их специально выкупил наш президент (Сергей Галицкий). В одну квартиру обычно заезжает по два-три человека. Если в школе полный контроль, то после выпуска появляется больше самостоятельности. Я жил в одной из таких квартир, оттуда приезжал в академию на тренировки «Краснодара-2».

– Как начали заниматься футболом?

– Когда мне было семь, я уже два года ходил на вольную борьбу. Отец с дядей предложили пойти попробовать себя ещё и в футбольной секции. Сначала пытался совмещать, но было крайне неудобно, приходилось разрываться. В итоге выбор пал на футбол — и пошло-поехало.

– Насколько знаю, дядя у вас серьёзно занимался футболом.

– Не то чтобы серьёзно, но он жил футболом. К сожалению, у него не получилось уехать в интернат «Кубани», потому что мой отец тогда ушёл в армию, дед уехал в Сибирь, а бабушка осталась одна и не отпустила дядю.

– Был ли он для вас наставником?

– Нет, но он всегда интересовался, как у меня дела. До сих пор следит за моей игрой, периодически звонит, спрашивает, как успехи.

– На матчи ходит?

– Бывает. Но чаще смотрит по телевизору. Если получается, то приходит на стадион. А родители, сестра и девушка всегда поддерживают на играх.

– Помните свою первую тренировку с основным составом?

– Мне было 16 лет. Тогда команду ещё Муслин тренировал. Это была шоковая тренировка!

– Почему?

– Я смотрел на этих футболистов по телевизору, они все были для меня кумирами. Я всегда стремился играть, как они, а тут бац – и я с ними на одной тренировке!

– Как они вас приняли?

– Нормально. Когда состав команды почти не меняется, все дружелюбно относятся к друг другу. Ребята в «Краснодаре» хорошие, проблем нет. Часто подсказывают, особенно молодым.

– Кто в команде чаще всех даёт советы?

– Не хочу кого-то выделять. Нет того, кто бы злобно смотрел. Все всегда рады помочь.

– Старались общаться со всеми?

– На тот момент я вообще ни с кем не общался. Нас, молодых ребят, четверых выдернули из дубля, мы в основном между собой общались. Если уж возникали какие-то проблемы, то тогда уже старшие подсказывали.

– А сейчас?

– С Жоаозиньо, потому что когда я только начинал привлекаться к основной команде и ездил на сборы, он мне подсказывал и помогал. Благодарен ему за это. С тех пор даже на тренировки вместе ездим, тем более что живём рядом.

– А с Павлом Мамаевым или Фёдором Смоловым часто общаетесь?

– Всегда их слушаю, как и Андреаса Гранквиста с Виталием Калешиным. Когда общаюсь с ними по поводу футбола, стараюсь понять их видение игры. На тренировках в каких-то эпизодах часто подсказывают — стараюсь прислушиваться.

– Как появился вариант с арендой в Молдавии?

– Прошлый сезон доигрывал за «Краснодар-2» в ПФЛ в зоне Юг. Знал, что некоторых из нас отправят в аренду, потому что руководство и тренерский штаб были убеждены, что мы переросли второй дивизион. Если «Спартак-2» и «Зенит-2» играют в ФНЛ, то нас приходилось в качестве альтернативы отдавать в аренду. Я уехал в отпуск, а потом мне позвонили и сказали, что ждут на просмотр в «Спартаке-Нальчик». До подписания контракта, пока трансферное окно было открыто, месяц тренировался с командой на сборах. Потом появились проблемы из-за того, что клуб очень долго не мог пройти лицензирование. Не то финансовые проблемы были, не то ещё что-то. Всем ребятам, которые приехали на просмотр, никак не давали контракты на подпись. За четыре-пять дней их всё таки дали, но условия не соответствовали первоначальным.

– В финансовом плане?

– И в финансовом, и в спортивном. Долго не могли договориться, подписание контракта об аренде затягивалось. «Краснодар» суетился и искал ещё варианты. В конце концов мне предложили уехать в аренду в молдавский «Милсами». О футболе в этой стране я вообще ничего не знал, кроме существования таких команд, как «Шериф» и «Зимбру». Нужно было выбирать. Долго думал, потому что уже месяц в Нальчике пробыл, всё устраивало в плане тренировок, влился в коллектив и не хотел опять куда-то уезжать.

– Советовались с кем-то?

– С родителями, девушкой, селекционерами, которые предложили этот вариант. Все говорили, думай сам, а я не знал, как сделать лучше. В итоге выбор пал на «Милсами». Было интересно посмотреть на высшую лигу Молдавии.

– Был страх перед неизвестностью?

– Страха не было, был только интерес, что же там.

– Помните свой первый день в Молдавии?

– Да-да. Приехал в гостиницу, а она оказалась очень старой. Хотел быстрее позвонить всем и пойти отдыхать, а у меня никак не ловил Интернет в номере. Успел расстроиться и разочароваться, хотя понимал, что приехал сюда не в гостинице жить, а играть в футбол и развиваться. Но это всё первое впечатление. Знал, что после академии «Краснодара» везде будет хуже. Так было в Нальчике, так получилось и в Молдавии. Первое впечатление – куда я приехал? А потом всё спокойно стало, ко всему ведь привыкаешь.

– Тяжело было одному в незнакомой стране?

– Да, это было проблемой. Там совсем другая жизнь. Последний год перед переездом в Молдавию я жил с девушкой. Мы решили, что первые полгода она ко мне переезжать не будет, а потом посмотрим. В итоге, правда, я вернулся в Краснодар. Но она приезжала на две недели, и мне уже было полегче. В целом же старался больше думать о футболе и тренироваться. Сдружился со многими ребятами в «Милсами», а потом ещё приехал Илья Белоус, с которым вместе выступали за «Краснодар-2», и стало ещё легче.

– Родители навещали?

– Нет. Я пробыл там всего четыре месяца. Они скучали, но решили, что дождутся в России.

– С языком в Молдавии проблемы были?

– Там говорят на молдавском, румынском плюс ещё свои какие-то диалекты. Но более или менее русский знают все.

– Много времени ушло на адаптацию?

– Буквально недели две. Очень быстро ко всему привык, чувствовал себя уверенно. Получалось играть так, как хотел. Тренер ко мне хорошо относился, доверял, и партнёры помогали.

– Самая необычная история, случившаяся с вами в Молдавии?

– Особо ни в какие истории не попадал, но была одна забавная ситуация, которая произошла через два-три дня после того, как ко мне приехала девушка. Просыпаюсь посреди ночи, не пойми от чего, и не могу заснуть. Лежу и в какой-то момент понимаю, что стены отеля начинают ходить волнами, будто мы в море плаваем. Девушка тоже проснулась, оба в шоке. Смотрю, в чате команды спрашивают, что это было. Прочитал пару сообщений и спать лёг. Утром выяснилось, что это было землетрясение в семь баллов.

– С точки зрения получения опыта и игровой практики для молодых футболистов более слабый зарубежный чемпионат – это хорошее решение?

– Чем большее играешь, тем лучше. Особенно если ты молодой футболист. Я играл в Молдавии каждую игру и получал опыт. Расти можно только с постоянной игровой практикой. Если ты в России сидишь на скамье запасных в Премьер-Лиге, то надо уезжать играть в более слабый чемпионат. Однозначно.

– Если выбирать между более слабым европейским чемпионатом и ФНЛ или командой второй половины РФПЛ – что лучше для молодого футболиста?

– Если бы была возможность уехать в команду второй восьмёрки Премьер-Лиги, то точно уехал бы туда. Но были только варианты с ФНЛ и зарубежным чемпионатом, который я и выбрал.

– Насколько футбол в Молдавии отличается от футбола в России?

– Там команды стараются больше играть, пусть у многих это не очень получается. В Молдавии клуб, который идёт на последнем месте, спокойно может тебя повозить. Это боевитый чемпионат. С лидерами играть особенно интересно, потому что никто не закрывается. Если сравнивать сами чемпионаты, то там выступает всего 11 команд. Из них пять могли бы спокойно играть в ФНЛ, а остальные по силе похожи на вторую лигу.

– Что за эти полгода в вас изменилось?

– По чуть-чуть прибавил в технике, качестве передач и других футбольных навыках, но больше всего – в уверенности в себе.

– После возвращения вы отправились на два зимних сбора с «Краснодаром».

– Изначально должен был поехать только на сборы в Эмираты. «Милсами» шёл на первой строчке и хотел закончить сезон чемпионом. Команда не планировала расставаться с игроками, в том числе и со мной. «Краснодар» же думал меня вернуть, чтобы я тренировался с основой, а играл в дубле. О контракте тогда речи ещё не шло. Я согласился, потому что это мой родной клуб и вдруг появился бы шанс зацепиться за основу. Но в разговоре с руководством решили, что лучше всё-таки доиграть сезон в Молдавии.

– Как же так получилось, что всё резко переиграли?

– На сборах я забил гол, и по итогам контрольных матчей руководству и тренерскому штабу понравилось, как я себя проявил. После этого они решили меня всё-таки забрать в основную команду.

– С Шалимовым общались во время сборов на эту тему?

– Да, мы много об этом говорили.Ещё когда всё шло к тому, что я возвращаюсь в Молдавию. Шалимов тренировал меня в дубле «Краснодара», сделал меня капитаном. У нас хорошие отношения.В Эмиратах он спрашивал, как развивается ситуация. Говорил, что видит меня в команде, но лучше доиграть в Молдавии.

– В итоге вы не просто остались в «Краснодаре» и подписали взрослый контракт, но и дебютировали в первом же матче команды в 2017 году. С какими эмоциями выходили на поле?

– С очень непонятными (смеётся). Первый раз вышел на новом стадионе и сначала был в шоке. Ещё игра складывалась очень интересно. Когда меня отправили разминаться, «Краснодар» вёл 3:0. Думал, что при этом же счёте и выйду. А в итоге выходил на замену, когда на табло было уже 3:3 и всё складывалось вообще по-другому. Сначала немного волновался, но потом разошёлся, совершил первые действия на поле и уже ни о чём не думал, кроме как об игре.

– В некоторых моментах казалось, что вы стараетесь играть очень аккуратно, боитесь брать инициативу на себя.

– Чувствовал и осознавал всю важность матча. Хотел вроде и себя проявить, и не накосячить. Была неуверенность, но, думаю, для первого матча это вполне нормально.

– Насколько обидно проигрывать в дебютной игре?

– Очень! Было много эмоций по случаю дебюта, а тут ещё и проигрыш. Очень расстроился, что проиграли и вылетели из Кубка. Думаю, если бы мы прошли «Урал», у нас были бы хорошие шансы взять трофей.

– От такого количества эмоций удалось уснуть после матча?

– Я вообще не очень хорошо сплю после игр. Как и многие футболисты, наверное.

– Как воспринимаете поражения?

– Вечером после таких матчей настроение, конечно, ужасное. Ничего не хочется делать. Но на утро стараюсь уже думать о восстановлении, тренировках и концентрироваться на следующую игру. Жить поражением неделю неправильно.

– Удивлены, что «Урал» в итоге добрался до финала?

– Конечно. Если бы перед матчем «Краснодар» – «Урал» мне сказали, что «Урал» дойдёт до финала, я бы удивился и не поверил. Но они прошли нас и обрели уверенность, потом переиграли «Рубин» и проявили настоящий уральский характер. Молодцы ребята.

– Вы в этом сезоне успели сыграть и против «Урала», и против «Локомотива». Кто из них сильнее?

– Конечно же «Локомотив». Но с «Локомотивом» я чувствовал себя увереннее, чем с «Уралом». Не было ни паники, ни мандража. До этого играл с «Сельтой» в Лиге Европы, а после неё любая команда уровня чемпионата России будет восприниматься спокойнее. Получил огромный опыт после игры с испанским клубом, пусть мы и проиграли 1:2.

– Раз уж заговорили о Лиге Европы, расскажите, когда узнали, что выйдете на поле, да ещё и с первых минут?

– Шалимов сказал, что есть такая вероятность, ещё после «Спартака». Шарль Каборе был травмирован, Рома Шишкин не заявлен на участие в Лиге Европы, а больше вариантов и не было.

– Было время морально подготовиться?

– Да, но даже когда работал на предыгровой тренировке в Испании с основным составом, не верил, что такое возможно. Ещё недавно играл в Молдавии, а тут 1/8 Лиги Европы. Когда на установке сказали, что я в стартовом составе, только тогда осознал, хотя и сам понимал, что такой вариант имеет место. Не был удивлён, ожидал, что так будет, и надеялся на это.

– Насколько было страшно?

– Не скажу, что прям очень страшно, но довольно нервно и волнительно. До первого успешного действия на поле это волнение сохраняется. Уже когда удачно кого-то обыгрываешь, отдаёшь точный пас, то забываешь обо всём и понимаешь, что против тебя играют такие же люди.

– Какие наставления Шалимов давал перед этой игрой?

– Такие же, как если бы я выходил за «Краснодар-2». Просто сказал, как я должен играть в позиции. Было видно, что он верит в меня.

– Другие ребята подбадривали?

– Конечно. Говорили, что это обычная игра, чтобы не волновался и играл, как умею.

– Насколько другой уровень футбола у «Сельты» по сравнению с российскими клубами?

– Отличие только в скоростях. В Лиге Европы большие скорости, в Лиге чемпионов, наверное, ещё больше. В Премьер-Лиге чуть поменьше, в ФНЛ ещё меньше, а в ПФЛ вообще всё очень медленно. Поэтому против испанцев нужно было быстрее думать и оперативнее принимать решения.

– Что происходило в раздевалке «Краснодара» после первого матча с «Сельтой»?

– Не было большого разочарования от поражения. «Сельта» нас переиграла, и все с этим согласились. В Испании нам мало что дали показать, мы по большей степени оборонялись и могли пропустить ещё. Понимали, что дома достаточно выиграть 1:0, и тогда пройдём дальше. Как говорит тренер, такие игры делятся на четыре тайма, и мы уже настраивались на следующую игру.

– А что было после вылета?

– Тогда уже все расстроились. Но если оценивать объективно, «Сельта» доставила нам очень много неприятностей. Она была сильнее, и мы заслуженно не прошли дальше.

– В чемпионате России ваш дебют состоялся в матче со «Спартаком». Могли бы подумать, что первый матч в РФПЛ будет против лидера турнирной таблицы?

– Нет, конечно, хотя заранее понимал, что на замене из центральных полузащитников только я и что меня могут выпустить. Но уж точно не думал, что Газик (Юрий Газинский) сломается и мне придётся выйти уже на 30-й минуте, толком не размявшись. На меня как-то всё сразу навалилось: «Урал», «Спартак», Лига Европы… Я был безумно счастлив, что играл, но психологически любой, кто только начинает играть на таком уровне, первое время чувствует себя неуверенно.

– Когда выходили на замену, было ли время, чтобы испугаться?

– Нет. Когда увидел, что у Юры травма, сразу побежал разминаться. Разминался секунд 20, а потом заметил, что он снова выходит на поле и вроде бы всё нормально. Уже думал, что пойду обратно сяду. И тут он показывает, что нужна замена. Побежал переодеваться, потянулся, пока тренер давал наставления.

– Что Шалимов говорил?

– Так же по позиции пару слов. Более опытные ребята – Паша Мамаев и Жоаозиньо – со скамейки подбадривали, говорили не волноваться.

– Ощутили разницу в классе между «Уралом» и «Спартаком»?

– Да-да, это чувствовалось сразу. Во-первых, у «Спартака» скорости вообще другие. Во-вторых, с «Уралом» мяч был постоянно у нас, что давало возможность позиционных атак. А тут встретились две сильные команды, которые играли в открытый футбол. Никто не закрывался, мяч преимущественно находился в центре поля, и надо было быстрее думать. Когда первый раз мяч получил, понимал, что надо оперативно принять правильное решение и отдать пас, чтобы его не потерять.

– Было ощущение, что играете против чемпионской команды?

– Да нет. Если бы они владели преимуществом и выиграли 3:0, а нам пришлось бы только отбиваться, то, может быть, и почувствовал. А так была равная игра, которая и закончилась со счётом 2:2. Не скажу, что «Спартак» сильнее нас на голову. Да, это хорошая команда, но и мы в тот день отлично играли.

– После дебютных матчей Шалимов больше хвалил или критиковал?

– Он никогда не критикует. Только делает акцент на правильных и неправильных действиях. Когда разбирали игру с «Уралом» на теории, он объяснял мне, в каких эпизодах я попадаюсь и как должен был сыграть в определённой ситуации. И так после каждой игры.

– Шалимов производит впечатление крайне спокойного человека. Случается ли, что повышает голос?

– На самом деле он очень эмоциональный, может и крикнуть, и спокойно отреагировать. Человек живёт футболом, играл на очень высоком уровне и хочет выигрывать.

– Случается, что в раздевалках бутсы летают?

– Нет, такого, чтобы что-то летало, не бывает.

– Последние четыре матча вы провели в запасе. Обсуждали ли это с тренером?

– Сейчас все ребята восстановились, и конкуренция стала выше. Тем более тогда мы играли на три фронта, игры были чаще, футболисты не успевали отдыхать и у меня было больше возможностей играть. Теперь календарь спокойнее, и те ребята, которые играют, показывают хороший результат. Тренер решает, кто как тренируется и кто попадает в состав. Я уважаю его решения и должен работать ещё усерднее, чтобы и мне дали выйти на поле.

– В этом году у вас был ещё один дебют – в молодёжной сборной. За два матча забили два гола и отдали голевую передачу. В чём секрет такой результативности?

– Да нет вроде никаких секретов (смеётся). Просто повезло, наверное. Румынов в первой игре полностью переиграли. Получалось постоянно позиционно атаковать, при потере сразу отбирали мяч.

– Быстро нашли взаимопонимание с партнёрами по команде?

– Да, проблем никаких не было; Сыгрались с пацанами за неделю сборов. Думаю, дальше будет всё лучше и лучше.

– Если сравнивать молодёжную сборную и «Краснодар», где комфортнее, учитывая что в «молодёжке» ровесники, а в клубе более опытные футболисты?

– В сборной чувствую себя раскрепощённее и увереннее. Нет такого давления, которое появляется в игре с опытными футболистами. Но комфортнее именно в «Краснодаре», потому что постоянно нахожусь внутри коллектива, тренируюсь вместе с ребятами.

– Какие впечатления остались от работы с Бушмановым?

– Только самые положительные. Он отличный тренер и человек. Мне нравится то, что он даёт. К тому же требования похожи на те, что существуют в «Краснодаре». Обе команды стараются играть первым номером и максимально быстро отбирать мяч при потере. Если сравнивать Бушманова с Шалимовым, то Евгений Александрович очень спокойный. Игорь Михайлович более эмоциональный, может и голос повысить, и посмеяться.

– С Олегом Кононовым вам ведь тоже удалось поработать?

– Он такой же, как и Бушманов. Всегда спокойно на всё реагировал, редко повышал голос.

– Как вы обычно настраиваетесь на матчи?

– Не делаю ничего особенного. Иногда думаю, что может случиться в игре и как буду действовать в тех или иных ситуациях, но это ближе к началу матча. День провожу обычно: смотрю сериалы или фильмы, общаюсь с ребятами. По пути на стадион могу иногда какую-нибудь музыку послушать.

– За какие европейские клубы болеете?

– За «Барселону» и «Ливерпуль», причём уже достаточно давно.

– Ставите перед собой цель оказаться однажды в одном из этих клубов?

– Не люблю загадывать так далеко. Цели ставлю поэтапно, только на ближайшее будущее. Например, закрепиться в основе и постоянно выходить на поле. В таком случае меня будут видеть европейские команды. Но «Краснодар» меня воспитал, и я благодарен клубу за доверие. Уже столько лет провёл здесь, что, возможно, никогда не захочу уходить в другую команду и буду играть тут всю жизнь.

– На данном этапе какие три цели поставили перед собой? Первая – закрепиться в основе «Краснодара». Ещё две?

– Вторая – попасть в сборную России и сыграть за неё на чемпионате мира. Третья, наверное, стать капитаном «Краснодара».

– Есть ли у вас кумир в футболе?

– Андрес Иньеста уже очень давно является моим любимый футболистом. В возрасте 13 лет старался ему подражать, повторять его финты в матчах. До сих пор слежу за его играми. Ещё нравится Стивен Джеррард.

– Готовы стать краснодарским Джеррардом?

– Готов! (смеётся) По крайней мере, буду к этому стремиться.

– То есть если будет предложение от условного «Зенита», «Спартака» или ЦСКА, то ответите отказом?

– Это вопрос обстоятельств. Сейчас я счастлив в «Краснодаре», чувствую доверие и точно никуда не уйду. У меня есть определённые цели в этом клубе. Но всё может поменяться, например если закончится контракт и его не захотят продлевать.

– На улицах часто узнают?

– Сейчас – да. Могу спокойно идти, а кто-то подойдёт сфотографироваться. Удачи желают. Раньше такого, конечно, не было.

– В магазин за хлебом хоть дают сходить?

– Меня, как Федю Смолова, не ловят (смеётся).

– Как вам стадион «Краснодара»?

– Просто сумасшедший! Я таких ещё не видел! Но, возможно, в силу того, что на таком уровне ещё мало играл. Когда полные трибуны, играть вообще одно удовольствие!

– На что потратили первую зарплату?

– Поехал обмывать с родителями и сестрой.

– Кто главный шутник в «Краснодаре»?

– У нас много таких, но главный живчик – Володя Быстров. Не разыгрывает, но везде в любой беседе шутит.

– Как в команде встречают новичков?

– При Кононове пропускали через тоннель и давали пинка. Но сейчас такого нет. Тренер просто представляет футболиста. В Молдавии тоже никаких традиций не было.

– После побед проводите время вместе с командой?

– Иногда кто-то собирается и сидит вместе, но всё зависит от настроения.

– Что первым делом надо посмотреть в Кишинёве?

– Съездить в центр и погулять по парку «Штефан чел Маре».

– А в Краснодаре?

– Пройтись по Красной улице, зайти в «OZ Mall». Ещё обязательно посетить Городской сад и Чистяковскую рощу. И самое основное – это, конечно, стадион!

– Не могу не спросить: пробовали ли «Жигулёвское» пиво?

– Нет (смеётся). Веду здоровый образ жизни.

– А на «Жигулях» гоняли?

– Да, конечно!

– Часто вообще шутят над фамилией?

– На самом деле нет. Один раз видел только мем где-то в Интернете. Когда во всех новостях было, что я подписал контракт, кто-то сделал, будто я лежу на пляже, и подписал: «Жигулёвское». Высший сорт. Академия «Краснодара».