Рашид Рахимов: не исключаю, что мне придется уйти из «Терека»

Команда Рашида Рахимова обыграла «Зенит» и идет на третьем месте в РФПЛ, но тренер не исключает своего ухода. Почему? Об этом он говорит в интервью.

Рашид Рахимов: не исключаю, что мне придется уйти из «Терека»

Рашид Рахимов

Но беседа началась со сборной России, которая проводила на «Ахмат Арене» последний матч в году. Разговор шел как раз за пару часов до игры.

«Хотим побед, но…»

— Год сборной заканчивается. Можно делать выводы.

— Не думаю, что сейчас по игре сборной нужно делать какие-то выводы. Нет напряжения, которое бывает в официальных матчах. Сейчас есть возможность для эксперимента, проверки футболистов, которые могут сыграть на чемпионате мира. Но ближе к Кубку конфедераций нужно определяться с костяком. И к нему лепить футболистов, которые к 2018-му станут боеспособной командой. Пока большого значения результатам уделять не стоит. Конечно, мы хотим побед, но, повторюсь, придерживаюсь мнения, что сейчас можно экспериментировать и не завышать требования к сборной.

— Не многовато испытаний для зрителя? Сначала провал на Евро, потом эксперименты с Коста-Рикой и Катаром…

— Понятно, что мы хотим стать футбольной державой, выйти на определенный уровень. И если говорить об этом, уйдем в корни – к тому, как надо все строить, брать пример с других стран. Нужно просто посмотреть, что происходило с российским футболом в последние годы. Единственное более или менее хорошее выступление случилось в 2008-м. А до этого 10 лет и после этого почти 10 не было хороших выступлений. Поэтому мы в ожидании.

— Корни – это детский футбол?

— Не только. Академии, обучение тренеров. Я об этом говорил еще в 2006 году и тогда сам ориентировался на немецкий футбол. Мы знаем, как Германия отреагировала на провал в 2000-м, когда каждый клуб занялся академиями, структурой подготовки игроков, тренеров. Нам надо все это выстраивать. Не раз слышал, что нам ближе немецкий футбол.

— В общем, упущено 10 лет – вы же в 2006-м говорили про формулу успеха немецкого футбола?

— Нельзя говорить, что упущено. Просто этому не уделяли должного внимания. Я, как тренер первой команды, понимаю, что игроки приходят недостаточно обученными. Хотя 16-17-летний игрок должен понимать, что такое построение игры, тактика, как играть по позиции, в схеме. И тренеру главной команды надо просто отточить мастерство игрока и подогнать к составу. Но в итоге самому приходится учить. А это потерянное время.

— Не было ни одного игрока, которого вы бы получили готовым?

— Были футболисты с хорошими задатками. Но как они могут их развить – вопрос.

«Россия стремится стать футбольной»

— Вы говорите, что Россия должна стать футбольной державой. Сейчас она не футбольная?

— Мы стремимся к этому. Чемпионат – в шестерке сильнейших. Но это только уровень премьер-лиги. Возьмем ту же Германию: там не только чемпионат, но и все сборные – топ-уровень. Хочется, чтобы у нас было так же. Обратите внимание на австрийский футбол. Это не главный вид спорта в стране и клубы лиги не имеют больших возможностей, кроме «Зальцбурга». Но академии работают так, что все юношеские, молодежная сборные играют на хорошем уровне. И наша сборная на себе это испытала. Но там проблема – игроки не могут оставаться в австрийской лиге, потому что хороших сразу разбирают.

— Какой матч сборной в этом году вам больше запомнился?

— Против Коста-Рики. Хотя это был негативный результат и соперник выглядел предпочтительнее.

— То есть вы выделяете товарищеский матч, а не официальный на Евро?

— Какой бы матч не выделяли на Евро, все равно в голове общий результат. А он не тот, которого ждали.

«Тема диктора раздута»

— Ваш «Терек» на третьем месте. Это потолок для нынешней команды?

— Не первый год работаю, так что у меня не может быть эйфории от того, что происходит. Знаю, что мы занимаем сейчас это место за счет хорошей организации игры и бойцовских качеств. В прошлом сезоне мы владели мячом больше 45 секунд до 20 раз за матч. Сегодня если три-четыре раза получается так контролировать мяч – уже хорошо. У нас ушла группа игроков, которая наигрывалась в течение года-полутора. И смена безболезненно не проходит.

— Какая ситуация сейчас?

— Мы взяли других футболистов, которые проявили себя с другой стороны. Когда пытаемся играть в одно-два касания, начинаем терять мяч. Поэтому переходим к тому, что может сделать нас сильнее. Но все равно понимаю: нет запаса прочности, чтобы постоянно на этом уровне играть.

— Что в прошлом сезоне помешало занять более высокое место?

— Короткая скамейка. После 22-х туров у нас было всего два поражения. Но потом игроки стали выпадать из-за дисквалификации, болезни. Шесть из восьми матчей мы проиграли со счетом 0:1. Запаса прочности не хватило. А сейчас мы не зацикливаемся на месте, которое занимаем. В первую очередь, обращаем внимание на то, что умеет соперник. И от этого строим игру. В прошлом сезоне говорили, что сами должны диктовать условия сопернику.

— Последний матч – с «Зенитом» – лучший в этом сезоне?

— Лучший с точки зрения построения игры. Но в первые 30 минут у нас было много брака. На втором-третьем-четвертом пасе при выходе в атаку теряли мяч. Но, в то же время, видел, что команда может быстро возвращаться в оборону, навязывать борьбу, из-за чего зенитовцы теряли скорость. Когда Жулиано и Витселя накрывали, они не успевали разворачиваться или принимали мяч, стоя спиной к воротам.

— «Терек» завелся после 30 минуты – когда диктор стал активно поддерживать команду.

— Не знаю, почему на это обращают внимание.

— Потому что такого больше нигде нет.

— Но вспомните матчи «Динамо» в Химках. Там тоже в микрофон диктор кричал: «Поддержим команду!».

— Да, но после голов, а не во время игры.

— Не имеет значения. Я обратил тогда внимание, что там тоже используется микрофон для поддержки. Но никто об этом не говорил. У нас микрофон тут же заметили. Диктор не может повлиять на игру, футболисты зачастую этого не слышат. Это скорее, чтобы завести болельщиков. А вообще раздута эта тема.

«Таблетки — каждый день»

— Был сложный период в этом сезоне, когда вы не могли руководить командой по состоянию здоровья. Что на самом деле с вами было?

— Я и сейчас не могу на 100 процентов руководить командой. Последнее обследование показало, что лечение займет еще около шести месяцев. Есть осложнения.

— Слышал, что у вас проблема с суставами.

— И это тоже. Обхожусь обезболивающими.

— То есть, как игроки при травмах, выходите на уколах?

— Мне приходится принимать таблетки каждый день.

— Была вероятность, что покинете клуб из-за состояния здоровья?

— Да. И такая вероятность не исключается.

«Балай напрягает соперников»

— В бомбардирской гонке два лидера – Смолов и Балай. Где вы заметили албанца?

— Он был у нас в списке, но не первых ролях. А увидел его в хорватской «Риеке», как и Роши, кстати. У Балая нет скоростного дриблинга, но он навязывает борьбу, у него есть голевое чутье. Такой игрок был нам нужен. В «Риеке» Балай набегал большем 10 километров за матч, постоянно напрягал защитников.

— Он и в России так играет. Не только защитников, но и вратарей, судя по матчу с «Уралом», напрягает.

— Постоянно. Защитники, которых он накрывает, зачастую отдают неточные передачи или в борьбу. И нашим игрокам в таком случае легче накрывать соперников. Появляется возможность перехода в контратаку.

— Ближайший матч с «Томью» перенесли из Томска в Грозный…

— «Томь» уже со «Спартаком» играла на грани. А в минус 20 для здоровья играть уже вредно для здоровья. Сейчас игру перенесли, но что делать дальше? Домашние матчи есть еще и у «Томи», «Амкара», «Урала»…

— Поэтому и говорят о возвращении на прежнюю схему. Нынешняя подходит «Тереку», но не «Томи». Не делить же чемпионат.

— Конечно. Поэтому не могу сказать, что делать с системой. А этот перенос был неизбежен.

«Каррера не знает про стеночки и забегания»

— После «Томи» у вас домашняя игра со «Спартаком». Учитывая, что под вашим руководством у «Терека» хорошо получается играть против красно-белых…

— (смеется). Сегодня мы видим другой «Спартак». Прагматизм, присущий итальянским командам, привнесен в игру «Спартака». При потере мяча команда организованно действует в обороне, показывая вязкий и плотный футбол. Сейчас «Спартак» по праву на первом месте.

— Сколько болельщики говорили про возвращение стеночек и забеганий! А теперь, как вы говорите, вязкий и плотный футбол не замечают. Потому что результат на первом месте.

— Конечно. Стеночки, забегания – это было, когда лучшие игроки собирались в «Спартаке» и можно было играть в такой футбол. Теперь все уравнялись. Каррера не знает про стеночки и забегания, он дает то, что должно принести результат.

«Интриганство и бред»

— «Терек» против назначения Тимура Журавеля на матчи после того, как он прокомментировал встречу с «Уралом»…

— Эту тему не надо поднимать.

— Она и так на поверхности.
— Правильно было сказано изначально: в каком году «Тереку» можно выиграть у «Урала», чтобы не было разговоров? Зачем это все обсуждают? Есть же моменты, как в итальянском футболе. Тогда зачем у нас крутить на пустом месте?

— В прошлый раз вы назвали баранами тех, кто считал матч «Терека» и «Урала» договорным. Готовы повторить это сейчас про тех, кто так думает о недавней игре?

— Давайте не будем эту тему поднимать. Она пустая. Это интриганство и бред. Знаю, как мы готовились, как я давал установку. Знаю, что были проблемы, потому что мы впервые играли в 12 часов. Видел на установке, что команда не проснулась. И на поле поначалу была вялой. Забей нам второй мяч, побежали бы вперед и назад не возвращались. Все бы и закончилось. Могло быть и 0:3, и 0:4. Ошибка вратаря «Урала» – не наша проблема. Балай, как я сказал, всех накрывает. Он и после этого эпизода так же играл.

— Еще одна тема – слова министра финансов Антона Силуанова, который считает неправильным, когда дотационные регионы финансируют профессиональные клубы.

— Чтобы уйти от этого, нужно найти клубам спонсоров.

— Найти клубам? Или сам клубы должны найти?

— Клубы должны найти. Но сегодня это сложно, тем более для такого клуба, как наш. Наверное, эти деньги заложены в бюджет. Мне кажется это высказывание министра однобоким.